28й танковый корпус
К концу дня 28й танковый корпус овладел рубежом Липолебедевский, Лжилоговский. Два батальона 131й стрелковой дивизии подошли к району Голубинского, .а один ее стрелковый полк вышел к Липологовокому. 196я стрелковая дивизия овладела районом Скворина. 13й танковый корпус находился па подступах к району Манойлипа. Общее продвижение за день боя не превышало 6—7 км.
Чтобы отразить удары 1й танковой армии, немецкофашистское командование 27 июля ввело в бой новую, 376ю пехотную дивизию 8го армейского корпуса. Усилия же 100й легкопехотной и 305й дивизий были направлены против группировки советских войок, окруженной западнее ВерхнеБузиновки. Этим дивизиям удалось несколько потеснить наши окруженные войска к югу.
Стремясь сорвать наше наступление на участке 62й армии, немецкофашистское командование активизировало свои действия на правом фланге 64й армии. 27 июля сильная группировка противника перешла в наступление против 214й стрелковой дивизии. Имея значительное превосходство в танках и активную поддержку авиации, противник несколько потеснил 214ю стрелковую дивизию на восток.
В результате, несмотря на крупные силы танков, участвовавших в контрударе, резкого улучшения обстановки в полосе 62й армии в течение 27 июля по существу не произошло. Сказались прежде всего ошибки, допущенные при организации контрудара. Высокая активность вражеской авиации создавала большие трудности для боевых действий войск. Недостаточно было организовано и управление войсками. Самолеты противника непрерывно нарушали проводную связь со штабами соединений, а радиооредствами штабы пользовались неумело. Вследствие этого твердого управления в бою даже в соединениях организовано не было. Нередко командиры и штабы не использовали радиосредства, боясь засечки их врагом, что в ходе боя наносило ущерб управлению войсками.
Манойлин
Дело в том, что к моменту принятия решения из всего состава 22го танкового корпуса в исходном районе (в районе Качалинской) находилась лишь одна 182я танковая бригада. 173я танковая бригада была сосредоточена в районе Иловлинской, в 25—30 км от исходного района, а остальные бригады корпуса еще перевозились по железной дороге. Кроме того, перед тем как начать боевые действия, корпусу необходимо, было переправиться на правый берег Дона в условиях, когда почти не было переправ для танков. Не полностью к назначенному времени сосредоточились и бригады 28го танкового корпуса 1й танковой армии. Для обеспечения контрудара недостаточно привлекалось артиллерии с соседних участков, а предназначенные для 1й танковой армии средства усиления не прибыли.
К слаженным боевым действиям танковые армии не были готовы. Они только закончили формирование и не были достаточно сколочены в боевом отношении. Командование и штабы армий за четверо суток, когда происходило комплектование танковых корпусов, не имели возможности как следует ознакомиться со своими войсками. В танковых корпусах да и в армиях не хватало средств связи. На подготовку же контрудара отводилось всего лишь шесть с половиной часов, причем ночного времени. В этих условиях невозможно было не только организовать взаимодействие и управление, но и поставить войскам боевые задачи на местности.
В результате в назначенный срок смогли начать боевые действия 13й и 28й танковые корпуса и 131я стрелковая дивизия 1й танковой армии и 196я стрелковая дивизия 62й армии. 4я танковая армия перешла в наступление двумя днями позже. В ее 22м танковом корпусе к 16 часам 27 июля переправились на правый берег Дона лишь 17 танков’. 1я танковая армия наносила удар из района Калача в направлениях на Манойлин и на ВерхнеБузиновку. Сразу же, как только наши войска начали атаку, на них обрушились немецкие самолеты.
За первый день боя только по 1й танковой армии противник сделал более 1000 самолетоналетов. Кроме авиации противник использовал против 1й танковой армии много танков и артиллерию, действовавшие на этом направлении.
Наши танковые корпуса, наступая без должной подготовки и при слабой артиллерийской и авиационной поддержке, медленно продвигались вперед, неся большие потерн. Так, в 13м танковом корпусе к исходу 27 июля в строю осталось всего 27 танков.
В. Д. Крюченкин
Войскам 4й танковой армии (командующий армией генералмайор В. Д. Крюченкин) приказывалось в ночь на 28 июля .переправить на западный берег Дона 22й танковый корпус и 133ю танковую бригаду и утром с рубежа Трехостровская, Песковатка перейти в наступление в западном направлении с задачей к исходу дня выйти в район ВерхyеГолубой. В последующем ударами в направлении ВерхнеБузиновки во взаимодействии с войсками 1й танковой армии разгромить противостоящего противника и восстановить положение на правом фланге 62й армии.
21я армия, которой в это время командовал генералмайор А. И. Данилов, получила задачу силами трехчетырех стрелковых дивизий с 3 часов 27 июля перейти в наступление в направлении Клетская, Евстратовский, уничтожить противостоящие силы врага и перерезать ему пути сообщения с тылом. Позже армия должна была не допустить отхода вклинившегося противника на запад. Войскам 62й армии приказывалось удерживать занимаемые позиции и не допустить расширения фронта прорыва на своем правом фланге.
64я армия должна была уничтожить группировку врага на левом берегу р. Чир и не допустить переправы его сил на правый берег реки, для чего 212ю стрелковую дивизию с 137й танковой бригадой надлежало выдвинуть на рубеж (иск.) Суровикино, Ерицкий и развернуть их по левому берегу р. Чир; 66ю бригаду морокой пехоты и курсантские полки армия должна была выдвинуть в район Рычковского и использовать их в качестве армейского резерва.
Авиация 8й воздушной армии полностью нацеливалась на поддержку и прикрытие войск 1й танковой армии. Всего к осуществлению контрудара привлекалось 3 танковых корпуса и 2 танковые бригады (в которых насчитывалось более 550 танков, из них до двух третей тяжелых и средних), 5 стрелковых дивизий и все силы 8й воздушной армии.
Нанесением этого мощного контрудара командующий фронтом рассчитывал разгромить пять вражеских дивизий и восстановить положение на правом фланге 62й армии, что должно было привести к улучшению всей оперативной обстановки на сталинградском направлении. Привлекаемые силы при наличии необходимого времени на организацию
контрудара могли бы обеспечить решение поставленных задач. Но командование фронта повторило ту ошибку, которую оно допустило 24 июля, когда 13му танковому корпусу не было предоставлено хотя бы минимально необходимого времени на подготовку контрудара.
«Первомайский»
Несмотря на ввод свежих сил, положение на правом фланге 62й армии оставалось напряженным и создавало опасность прорыва противника на этом направлении к Сталинграду. Поэтому Ставка 26 июля потребовала не только восстановить утраченное положение в полосе 62й армии, но и отбросить противника за р. Чир.
К этому времени у командования фронта появились определенные возможности для решительных действий против прорвавшегося врага. В основном было завершено формирование 1й и 4й танковых армий. В их четырех танко
вых корпусах насчитывалось более 600 танков. Однако соединения танковых армий не были сколочены как единые боевые организмы. Кроме танковых армий из резерва Ставки начали прибывать части шести новых стрелковых дивизий — 126, 204, 205, 321, 399, 422й — и другие соединения ‘.
В обстановке, когда все внимание командования фронта было приковано к участку 62й армии, противник с утра 26 июля силами 297й и 71й пехотных дивизий 51го армейского корпуса и 24й танковой дивизии 24го танкового корпуса нанес удар на фронте Суровикино, Пристеновский по частям 229й и 214й стрелковых дивизий 64й армии. В наступление на этом участке противник бросил до 100 танков.
Мощный удар врага застал войска 64й армии в крайне невыгодном положении. В это время 229я стрелковая дивизия, усиленная двумя артиллерийскими полками, только что сменила части 196й стрелковой дивизии 62й армии на рубеже (иск.) Суровикино, НижнеСолоновский и, не успев освоиться с обстановкой, сразу же должна была вступить в бой. Не лучше обстояло дело и в 214й стрелковой дивизии, которая несколько позднее 229й дивизии вышла на свой рубеж обороны НижнеСолоновский, Пещерский, где сразу же была атакована противником2.
В ходе ожесточенных боев противнику удалось к 16 часам оттеснить 229ю стрелковую дивизию на восточный берег р. Чир и нанести ей значительные потери. 214я стрелковая дивизия отбила первые атаки гитлеровцев и удержала, свои позиции. Наступление противника на этом направлении создало угрозу охвата левого фланга 62й армии, а также возможность прорыва в тыл 64й армии с северозапада.
В таких условиях командование фронта с ведома Ставки в 20 часов 30 минут 26 июля приняло решение нанести фронтовой контрудар по группировке противника, прорвавшейся на правом фланге 62й армии3. Главную роль в этом контрударе должны были играть 1я и 4я танковые армии. Кроме того, к нанесению контрудара привлекалась часть сил 21, 62 и 64й армий и 8я воздушная армия. При этом 1я и 4я танковые армии вводились в сражение не закончив формирования и не успев получить выделенные средства усиления.
1я танковая армия (командующий армией генералмайор К. С. Москаленко) силами 13го и 28го танковых корпусов, 158й танковой бригады и 131й стрелковой дивизии должна была с ходу нанести удар из района Калача в общем направлении на ВерхнеБузиновку с задачей уничто
жить противостоящего противника н к исходу 27 июля овладеть районом ВерхнеБузиновкн. В последующем армии предстояло наступать в направлении Клетской. Начало контрудара было назначено на 3 часа 27 июля.
К. А. Журавлев
Против правого фланга 64й армии в стыке между 297й и 71й пехотными дивизиями вводилась в бой 24я танковая дивизия 24го танкового корпуса. К левому флангу 62й армии, где было спокойно, противник начал выдвигать части 44й пехотной дивизии. Во всей полосе обороны 62й армии непрерывно действовали крупные группы самолетов противника, которые с пикирования бомбили боевые порядки наших войск и усиленно вели воздушную разведку.
К исходу дня 60я моторизованная и 16я танковая дивизии врага соединились в районе Сухановского. Вследствие этого 184я и 192я стрелковые дивизии, 84й и 88й гвардейские стрелковые полки 33й гвардейской стрелковой дивизии, 40я танковая бригада, 644й танковый батальон и три артиллерийских полка усиления оказались в окружении. Связь этих войск со штабом 62й армии была потеряна еще вечером 24 июля
Для того чтобы организовать управление войсками, командующий 62й армией решил направить в район окружения на самолете ПО2 начальника оперативного отдела штаба армии полковника К. А. Журавлева. Приземлившись в районе Майоровского и ознакомившись с обстановкой, полковник Журавлев в своем донесении сообщал командарму, что, несмотря на недостаток боеприпасов, медикаментов, продовольствия, большое скопление раненых, которых некуда эвакуировать, окруженные войска не утратили организованности и упорства в боях с врагом. Перейдя к обороне на рубеже Платонов, Евстратовский, Калмыков, Майоровский, они упорно отстаивают занимаемые позиции2.
После этого командующий армией приказал полковнику К. А. Журавлеву объединить эти войска в оперативную группу и возглавить командование ими. Кроме того, командующий армией направил в район окружения группу офицеров штаба армии с отрядом курсантов на автомашинах при поддержке танков, вместе с ними посылалась также и радиостанция. Но отряд пробиться к окруженным не смог. В результате полковник Журавлев остался без радиостанции, что крайне осложнило управление подчиненными ему войсками3.
Сориентировавшись в обстановке, полковник Журавлев решил ударом в северном направлении выйти в район Клет
ской и улучшить этим положение в полосе обороны 192й стрелковой дивизии. Для осуществления этой задачи привлекались 676й стрелковый полк 192й стрелковой дивизии, действовавший в передовом отряде, 262й стрелковый полк 184й стрелковой дивизии и батальон танков 40й танковой бригады. Намеченный удар приходился по трем вражеским дивизиям, и выделенных сил для достижения успеха было явно недостаточно. Не хватало в частях и боеприпасов, не было и авиационной поддержки. Вследствие этих причин наступление успеха не имело.
ВерхнеБузиновки
Противник, используя свое превосходство в авиации и танках, продолжал развивать наступление. К исходу 24 июля головные подразделения 3й моторизованной дивизии во взаимодействии с 60й моторизованной дивизией прорвались к р. Дон в районе Голубинского, а также и в район Скворина, обойдя справа правофланговые соединения 62й армии. 16я танковая дивизия совместно с 113й пехотной дивизией в районе Качалинской прорвалась к р. Лиска. В ходе наступления противнику силами 3й и 60й моторизованных дивизий удалось разгромить штабы 184й и 192й стрелковых дивизий в районе ВерхнеБузиновки, и их части остались по существу в тылу врага без управления. С выходом противника в районы Голубинского и Скворина создалась реальная угроза окружения значительной части сил 62й армии. Под ударом врага оказался и ее штаб
К исходу второго дня южнее Суровикино к нашей главной полосе обороны вплотную подошли соединения 51го армейского корпуса. В связи с этим задерживалась передача полосы обороны 196й стрелковой дивизии, которая должна была сдать свои оборонительные позиции в главной полосе 229й стрелковой дивизии 64й армии и занять армейскую полосу обороны 62й армии на рубеже Скворин, Володинский. Противник, усиливая нажим на правом фланге 62й армии, готовил удар и на правом фланге 64й армии. Для этого ускоренным маршем выдвигался 51й армейский корпус, вслед за которым на это направление выходил еще и 24й танковый корпус, переданный в 6ю армию 24 июля из 4й танковой армии.
В течение третьего дня наступления, 25 июля, противник упорно продолжал развивать успех на правом фланге 62й армии. Он ввел здесь в сражение 100ю легкопехотную дивизию; сюда же выдвигались из глубины 305я и 376я пехотные дивизии. В 15 часов 25 июля группа танков с автоматчиками прорвалась в район Володинского с северовос
тока и обстреляла штаб армии с тыла.
Калач
Следует заметить, что фронтовое и армейское командования не учли особенностей обороны на широком фронте и ограничились созданием во фронте и армиях лишь по одному пункту управления, что отрицательно сказалось на устойчивости управления войсками в ходе оборонительного сражения.
Организация управления значительно осложнялась и недостатком средств связи. Во фронте и армиях не хватало телефонного кабеля и телефонных аппаратов. Не меньший недостаток ощущался в радиосредствах. 62, 63 и 64я армии располагали не более 175—220 радиостанциями каждая1. При этом большинство радиостанций поддерживали устойчивую связь на расстоянии не более 10—15 км, что не удовлетворяло потребности даже стрелкового полка. К тому же нередко радиосредства недооценивались и не всегда умело использовались.
Организацию проводной связи осложняла высокая активность вражеской авиации, которая часто выводила ее из строя, особенно в районах переправ через Дон и Волгу. В этих районах находилось большое количество различных телефонных линий связи. Противник же, господствуя в воздухе и нанося почти непрерывно удары с воздуха по переправам, одновременно разрушал и линии связи. Особенно часто это наблюдалось у переправы через Дон в районе г. Калач. Для прокладки линий связи вне переправ войска не имели ПОДВОДНОГО кабеля.
Трудности в поддержании устойчивой связи испытывались не только внутри фронта и армий, но и в общении фронта со Ставкой Верховного Главнокомандования. Линии связи от Ставки к фронту, идущие, как правило, параллельно железнодорожному полотну, также изза высокой активности авиации противника часто нарушались. Вследствие этого нередко связь со Ставкой фронт поддерживал не по кратчайшему направлению, а кружным путем — через Ташкент.
Кроме этих причин на организацию взаимодействия и устойчивость управления войсками отрицательно повлияли и сроки, которыми располагали штабы всех степеней. Обстановка требовала быстрого приведения войск в боевую готовность. В этих условиях некоторые командиры и их штабы, уделяя большое внимание своевременному выходу войск в
держке огня трех полков артиллерии. По в срок, отведенный на подготовку, в исходное положение для контрудара смогли выйти ЛИШЬ танковые бригады 13го танкового корпуса. Остальные силы, которые должны были участвовать В контрударе, находились в пути. К тому же 13й танковый корпус, в основном завершив укомплектование танковых бригад, еще не СМОГ добиться их боевой слаженности. Не было времени и на организацию взаимодействия. Все это привело к неуверенности в действиях танковых бригад, хотя вначале контрудар развивался успешно и корпус овладел совхозом «1 Мая».
К. А. Журавлев
После того как наши войска, участвовавшие в контрударе, были остановлены, противник принял меры, чтобы как можно скорее уничтожить окруженную группировку
62й армии. Против этой стойкой группировки наших войск под командованием полковника К. А. Журавлева противник бросил с севера части 100й легкопехотной и 305й пехотной дивизий, с востока наступала часть сил 376й пехотной дивизии, с юга атаковали части 113й пехотной дивизии и с запада — части 384й пехотной дивизии. Окруженные войска непрерывно подвергались бомбардировке вражеской авиацией. На исходе были боеприпасы, не хватало продовольствия, медикаментов. В районе окружения скопилось более 500 раненых. И несмотря на эти чрезвычайные трудности, части, находившиеся в окружении, продолжали стойко сражаться с врагом и удерживать занимаемый район.
Учитывая невозможность вести дальше борьбу в таких условиях, командовавший группой полковник Журавлев 29 июля принял решение нанести удар в направлении ВерхнеБузиновки, прорвать кольцо окружения и выйти к своим войскам. Большую помощь группировке при выходе из окружения оказал 13й танковый корпус, который в это время наносил удар на ВерхнеБузиновку с юга, чтобы соединиться с окруженными войсками. К 31 июля группа полковника Журавлева и 13й танковый корпус 1й танковой армии вышли в район Оськинский, ВерхнеГолубая, где были подчинены 4й танковой армии. В момент выхода из окружения в группе полковника Журавлева и в 13м танковом корпусе насчитывалось до 5000 человек, 66 танков и артиллерия двух артиллерийских полков1.
Основные силы 1й танковой армии, несмотря на неоднократные попытки развить успех в северном направлении, до конца июля продвижения не имели. Характерным для организации контрудара является и такой пример. Из всего состава 21й армии вместо трехчетырех дивизий в контрударе фактически участвовал только один передовой отряд силой не более стрелкового полка. Из 4й танковой армии на правый берег Дона к 29 июля переправилось лишь около 100 танков двух танковых бригад 22го танкового корпуса. При этом 182я танковая бригада с 5й истребительнопротивотанковой артиллерийской бригадой вышла в район ВерхнеГолубой, а 173я танковая бригада овладела рубежом Евлампиевский, Малонабатовский. Здесь, встретив упорное сопротивление противника, они и закончили свое наступление. 176я танковая бригада 22го танкового корпуса в это время находилась на марше в районе Вертячего, 133я тяжелая танковая бригада сосредоточилась в лесу восточнее Трехостровской и ожидала наводки переправы для танков KB, которая могла
быть готовой лишь в ночь на 30 июля. 22я мотострелковая бригада обороняла переправу через Дон в районе Трехостровской.
Морозовск
На части 102й истребительной авиационной дивизии,входившей в состав корпуса ПВО, была возложена задача борьбы с авиацией противника на дальних подступах к городу. В соответствии с эгим два ее авиационных полка базировались на аэродромах в районах севернее Морозовска и Котельпиково, и лишь один полк, находясь во втором эшелоне, располагался на аэродроме в районе Бекетовки.
Таким образом, противовоздушная оборона войск к началу оборонительного сражения на сталинградском направлении была исключительно слабой, что в условиях наличия у противника сильной авиации ставило наши войска в крайне тяжелое положение.
Обеспечению стыков и флангов в процессе подготовки обороны придавалось важное значение. В частности, 19 июля распоряжением командующего фронтом было установлено, что за стык с Воронежским фронтом и 38й армией отвечает 63я армия. За стык с 62й армией ответственность возлагалась на 38ю армию, с 64й армией — па 62ю армию и с СевероКавказским фронтом —на 64ю армию. При этом каждой армии приказывалось для обеспечения стыков иметь в резерве не менее одного стрелкового полка, усиленного однимдвумя дивизионами артиллерии 1.
В свою очередь и командующие армиями дали необходимые указания командирам стрелковых дивизий. Например, в 63й армии для обеспечения стыка с войсками 6й армии Воронежского фронта 127я стрелковая дивизия на своем правом фланге должна была иметь один стрелковый батальон с артиллерийским дивизионом в готовности к контратакам в направлении южной окраины Бабки. На южной окраине Бабки создавался противотанковый опорный пункт в составе четырех противотанковых орудий и двух противотанковых ружей. Для обеспечения стыка с 38й армией 197я стрелковая дивизия имела в готовности один стрелковый полк с дивизионом артиллерии.
Сталинград
К тому же организация противотанковой обороны осложнялась отсутствием единого подхода к этому вопросу в армиях. Если в 63й армии повсеместно создавались ротные противотанковые опорные пункты и батальонные противотанковые узлы (в каждый узел включалось до 6—8 орудий и до 1—2 взводов противотанковых ружей), то в 62й армии к началу борьбы за главную полосу обороны был создан лишь один противотанковый район в глубине обороны 181й стрелковой дивизии, а остальные средства почти равномерно располагались в полосах стрелковых дивизий. В 64й армии создавалось шесть противотанковых районов.
Такой разнобой в организации противотанковой обороны объяснялся тем, что тогда еще не было твердо сложившегося взгляда на этот важный вопрос. К тому же значительная часть командиров не имела боевого опыта, который показывал, что наиболее целесообразно было создавать ротные противотанковые опорные пункты и батальонные противотанковые узлы, а также решительно массировать противотанковые средства на танкоопасных направлениях.
Существенный недостаток в организации противотанковой обороны состоял в том, что командующие армиями, за исключением 64й, не использовали часть танков в качестве неподвижных огневых точек на танкоопасных направлениях. Например, в полосе 62й армии к началу борьбы за главную полосу обороны насчитывалось более 320 танков, в том числе 180 тяжелых и средних. Если бы часть этих танков использовать в качестве неподвижных бронированных огневых точек, противотанковая оборона несомненно получила бы большую устойчивость.
К началу оборонительного сражения на дальних подступах к Сталинграду фронт имел крайне ограниченные средства для организации противовоздушной обороны. Так, количество самолетовистребителей в 8й воздушной армии было незначительным. Зенитная артиллерия во фронте отсутствовала. В войсках же 63, 62 и 64й армий насчитывалось всего от 4 до 7 зенитных орудий 37мм калибра и от полутора до четырех десятков крупнокалиберных пулеметов.
Лишь район Сталинграда прикрывался корпусным районом ПВО страны, в составе которого имелось 532 орудия, 471 зенитный пулемет и 85 самолетовистребителей. Эти средства все еще находились в распоряжении Верховного Главнокомандования и не были подчинены фронту. Противовоздушная оборона города силами этого корпуса организовывалась по указаниям из центра. Одиннадцать зенитноартиллерийских дивизионов, шесть зенитных бронепоездов и несколько пулеметных рот Сталинградского района ПВО страны по распоряжению Ставки были выдвинуты на при
крытие железнодорожных мостов через Дон в районы Рычкозского (30 км югозападнее Калача), г. Калач и моста через р. Чир в районе Обливской (72 км западнее Калача), а также железнодорожной линии Поворино — Сталинград.
Что-то похожее ан нас
- быстрая химчистка одежды.